«Скорую» не зря называют «передовой» медицины. Бригады «103» первыми прибывают на помощь пациентам, нуждающимся в срочной медицинской помощи. Именно от действия фельдшеров в первые минуты вызова, от их оперативной оценки состояния больного зависит протяжённость пути к выздоровлению, а иногда и сама жизнь. Об этом как никто другой знает исполняющая обязанности старшего фельдшера бригады «скорой помощи» Россонской центральной районной больницы Юлия ТИМОФЕЕВА (на снимке).
С Юлией Казимировной я познакомилась в приёмном покое больницы. Несмотря на усталость после ночной смены, она всё же согласилась со мной побеседовать. Но перед этим попросила подождать несколько минут: необходимо было закончить с оформлением пациента, что привезла «скорая помощь», на госпитализацию.
– И сколько лет Вы «колесите» на населённым пунктам района, оказывая людям экстренную медицинскую помощь? – интересуюсь у Юлии Казимировны.
– Четырнадцать лет. До этого после окончания Полоцкого медицинского училища столько же времени отработала в нашей больнице медицинским статистиком. Но бумаги – это не моё. Мне хотелось живой работы, хотелось реально помогать людям. Поэтому, когда в одной из бригад «скорой помощи» освободилось место, мне разрешили его занять.
– Помните своё первое дежурство?
– Ничего сверхъестественного не происходило: выезжала на вызовы, оказывала больным необходимую помощь. Тогда страха сделать что-то не так или, не дай Бог, навредить человеку у меня не было. Страх появился примерно через год. Именно тогда, если помните, произошёл трагический случай, когда на зернотоку в Краснополье мужчине отрезало ноги. Это был мой вызов. Я настолько была потрясена увиденным, что плакала навзрыд до райцентра. Фельдшер из Краснопольской амбулатории пыталась спасти несчастного, но шансов не было. Мужчина уже в больнице умер на операционном столе. Подобное не забывается и оставляет в душе очень глубокий след.
– Говорят, что медицина делает человека более чёрствым и равнодушным к чужому горю...
– Может быть, кого-то, но не меня. Я до сих пор пропускаю через себя самые сложные вызовы дежурства, постоянно их прокручиваю в голове, пытаясь понять, всё ли возможное сделала для пациента.
– Какой случай из практики Вам больше всего запомнился?
– Рожала женщина из Заборья, мать четверых детей. Я понимала, что до больницы мы её не довезём: ребёнок появится на свет посреди леса прямо в машине «скорой помощи». Теоретически я знала, как принимать роды, а практически – нет. Нервничала жутко, но всё прошло хорошо. Когда малыш уже лежал на моих руках, я как будто впала в ступор. Из него меня вывел голос роженицы: «Просто перевяжи пуповину». Я перевязала и доставила женщину с новорождённым в больницу. Это был мой первый опыт по приёму родов. За 14 лет при похожих обстоятельствах я приняла пятеро или шестеро деток: второй и последующие разы уже было не так страшно, как первый раз.
– После подобного никогда не хотелось назад – к бумагам?
– Вроде нет. Я ведь пошла в медики, а не в экономисты. Хотя в школе точные науки знала неплохо, даже до восьмого класса собиралась стать учителем математики. Но всё резко поменялось, когда однажды я прошла мимо больницы. Люди в белых халатах мне показались особенными, и захотелось стать одной из них. И я не только сама решила выбрать медицину, но и «сагитировала» поступать в медучилище родную сестру Наталью и ещё четырёх одноклассниц. К слову, все они стали медиками.
– Сколько бригад «скорой помощи» работает на весь район?
– Круглосуточно две бригады. А сам коллектив отделения «скорой медицинской помощи» состоит из девятерых фельдшеров и восьмерых водителей. Среди фельдшеров есть как опытные медики, так и молодёжь, которую мы сразу же берём под «своё крыло». В профессиональной деятельности ничего нет важнее наработки опыта. Пока сам не попробуешь сделать какую-либо манипуляцию, никогда не научишься. Об этом я не устаю повторять молодым фельдшерам.
