​Когда ведущий концерта в районном Центре культуры и народного творчества объявляет песню в исполнении Станислава Козлова, практически все зрители в зале знают, кто сейчас выйдёт на сцену и подарит им несколько приятных минут. Станислав Фёдорович уже давно стал не просто узнаваем и любим жителями Россонщины, но и своим, родным. Мало кто знает, что самодеятельный артист – не уроженец Беларуси и тридцать лет назад имел достаточно отдалённое представление о белорусском языке и белорусской глубинке.
19 апреля Станислав Козлов отпразднует 53-тий день рождения. А значит, есть веский повод, чтобы узнать о нём побольше.

​–  Станислав Фёдорович, любовь к песне Вам передалась по наследству или Вы являетесь единственым членом семьи, который увлёкся вокалом?
– На сто процентов первый вариант. Хотя мои родители не профессиональные музыканты или вокалисты, но они были очень талантливыми и творческими людьми. К слову, моя малая родина – село Гуево Суджанского района Курской области. Отец всю жизнь отработал кузнецом, мама – учителем начальных классов в местной школе. Кажется, профессия кузнеца далека от музыки, но отец не только прекрасно пел, но и играл в оркестре на басе (он знал нотную грамоту). Вся его семья была очень музыкальной. Мама тоже неплохо пела. Она и отец являлись участниками хора и вместе с ним объездили многие регионы России. Поэтому у меня и трёх моих  родных сестёр просто не было шанса не полюбить песню.    
– Когда Вы впервые вышли на сцену?
– Это было в девять или десять лет, когда я стал петь в школьном хоре. А ещё посещал занятия кружка при сельском Доме культуры. Наш руководитель, профессиональный музыкант Василий Иванович Степанов, учил таких ребят, как я, играть на трубе. Поэтому представление о нотной грамоте и музыке у меня сформировалось с детства.
– И даже в старших классах интерес к музыке не ослаб?
– Я бы даже сказал, что он, наоборот, возрос. Дело в том, что после окончания Гуевской восьмилетней школы мне почему-то захотелось поступить в Харьковский железнодорожный техникум. Поступить-то я поступил, но вот быстро понял, что железная дорога – это не моё, поэтому пришёл в девятый класс Суджанской средней общеобразовательной школы №2. Петь в школьном хоре 15-летнему парню уже было как-то не с руки, поэтому вместе ещё с тремя ребятами мы решили создать тогда очень модный вокально-инструментальный ансамбль. Я пел, играл на трубе и «бренчал» на гитаре. И хотя уровень ВИА не мог быть высоким, но на школьных дискотеках мы чувствовали себя королями. Достаточно было запеть один из шлягеров Юрия Антонова, и зал буквально растворялся в лирической мелодии, а девчонки смотрели с обожанием.  
– А зарубежные шлягеры не пытались исполнять?
– Если честно, боялись за плохой иностранный язык, хотя и были повально увлечены группой «АББА» и другими зарубежными исполнителями.
– Музыка и пение никогда не мешали учёбе в школе?
– Трудно сказать. Просто заниматься музыкой и пением мне было интересней, чем зазубривать формулы или понятия. Хотя в целом я учился неплохо. Да и выбора у меня просто не было: любая проделка или плохая оценка сразу же становились известны маме-учительнице. Да ещё директор Гуевской школы и его жена были моими крёстными родителями. Поэтому с меня спрашивали даже строже, чем с других. А вот когда перешёл в Суджанскую школу, как-то стало полегче.  
– О какой профессии мечтал выпускник школы Стас Козлов?
–  Стать профессиональным музыкантом и работать в эстрадно-симфоническом оркестре. Но не сложилось. В 1980 году меня призывают в армию. Место службы – Краснознамённый Восточный пограничный округ. Но даже там я не расставался с трубой. Это заметил наш прапорщик и предложил пройти отбор в военный оркестр. После его слов у меня глаза «загорелись». Я понял, что хочу служить только там и сделаю для этого всё возможное. Так я стал рядовым военного оркестра, что принесло мне колоссальный опыт как музыканту, а ещё возможность выступать на различных площадках бывшего Советского Союза.
– Как уроженца Курской области судьба забросила на Россонщину?  
– После службы в армии решил обосноваться у сестры Натальи в Ленинграде. И там мечтал заниматься музыкой, но ничего подходящего не нашёл. Сидеть «на шее» у сестры или у кого-нибудь не привык, поэтому устроился на работу в трамвайно-троллейбусное управление. Прошёл обучение и стал работать водителем троллейбуса. Зарабатывал неплохо, и город очень нравился, но через два года пришлось уехать: начались проблемы со здоровьем, и врачи рекомендовали сменить климат. В это время я уже встречался со своей будущей женой Раисой, которая проходила обучение также в нашем управлении. Она и предложила мне переехать на её родину, в Беларусь. Родители звали домой, но я решил жить самостоятельно. Поэтому и согласился на предложение Раи. Сначала непродолжительное время мы жили в Полоцком районе, а потом переехали в Янковичи. 2 октября 1985 года сыграли свадьбу.
– Как встретили Вас на белорусской земле?
– Раньше я искренне верил, что между русскими, украинцами и белорусами совершенно нет различий. Как показало время,  между нами и правда очень много общего, но при этом мы всё-таки разные. И, по моему мнению, белорусы – одни из лучших представителей славянских народов. Такой теплоты, искренности и гостеприимства я не видел нигде. А природа какая! Помню свой первый приезд на Россонщину. Стоял сентябрь. Было очень тепло, а из садов шёл аромат яблок. Я понял, что теперь здесь мой дом.
– Сколько Вам понадобилось времени, чтобы выйти на сцену уже в качестве солиста?   
– В Янковичах я устроился работать водителем в совхоз, но в свободное время продолжал петь. Не в клубе, а просто дома. Ничего не мог с собой поделать. А в деревне, как известно, сложно что-либо утаить. Вот и моё увлечение стало известно тогда директору Янковичского СДК Надежде Константиновне Ковалевой. Она мне и предложила спеть известную песню «Идёт солдат по городу» на мероприятии по случаю проводов местных ребят в армию. Я согласился. Но чего мне только стоило выйти на сцену! Ведь до этого я никогда не выступал сольно и не привык  к тому, что всё внимание зрительного зала сконцентрировано на одном тебе. Те несколько минут прошли, как в полубреду, мне казалось, что температура тела поднялась до 40 градусов. Спасибо за поддержку  работникам клуба и моему аккомпаниатору Петру Павловичу Литвинову, отцу теперешнего директора Янковичского СДК Татьяны Петровны Самуйловой.  Думаю, без них у меня бы ничего не вышло. Но, так или иначе, а моё выступление понравилось, и я всё чаще стал выходить на янковичскую сцену.  
– Но Вы увлеклись не только сольным вокалом, но и белорусским фольклором…  
– Скорее, меня увлекли им. Петь в народном фольклорном коллективе «Крыніца» мне предложила  Надежда Константиновна, хотя с её стороны это был достаточно рискованный шаг. Мало того, что я русский по национальности, так ещё родился и вырос в местности, где говорили, если можно так выразиться, на русско-украинском языке. Ведь Гуево находится совсем рядом с границей Украины. В моём ежедневном лексиконе было достаточно много украинских слов, поэтому здесь, в Беларусии, меня иногда принимали за украинца. А тут белорусский язык, с которым в жизни не приходилось сталкиваться! Поэтому первое время в «Крыніцы» я, как школьник,  заучивал белорусские слова, учился правильно их произносить, а только потом петь. Было нелегко, но я как-то втянулся и теперь без особой трудности могу разучивать и исполнять белорусские песни. На мой взгляд, они очень мелодичные и красивые, как и сам белорусский язык.   
К слову, когда мы с сёстрами собираемся на родине, они и племянники всегда просят спеть им именно белорусские песни. Для них это диковинка. Молодёжь иногда улыбается, слыша то или иное слово, но всё равно настаивает на продолжении «концерта».
– Что Вам ближе – народная или эстрадная песня?
– Мне нравится фольклор, мне нравится находиться среди талантливых и увлечённых людей, участников «Крыніцы». Я всегда буду благодарен Надежде Константиновне Ковалёвой за поддержку, понимание и неоценимый опыт. Но всё же эстрада мне нравится больше. Особенно люблю песни в исполнении Александра Серова, Александра Малинина и Льва Лещенко. Но, выходя на сцену, я никогда не подражаю этим известным исполнителям. Ибо подражание очень близко к пародии. Поэтому их песни я просто пропускаю через себя и предлагаю зрителям свой вариант их исполнения в надежде, что он понравится.
– Когда Вы поёте, чувствуете зрителя?  
– Практически с первых секунд я могу сказать, насколько люди в зале настроены воспринять ту или иную песню, и даже улавливаю их отношение ко мне. И чем больше аудитория, тем «отдача» сильнее. Особенно я это почувствовал, когда стал выступать на районной сцене. Это было лет восемь назад. Именно с этого времени начинается моё тесное сотрудничество с директором районного Центра культуры и народного творчества Ларисой Михайловной Власовой. Она не только «поставила» и «отшлифовала» мой голос, но и научила вести себя на сцене, подбирать репертуар. Многие её советы для меня стали непререкаемыми аксиомами. Слушая записи своих выступлений пятилетней давности и записи сегодняшнего дня, я  понимаю, что мой вокал изменился в лучшую сторону. И это во многом благодаря Ларисе Михайловне.
Постепенно расширяется и география выступлений. Несколько лет подряд меня приглашают в Новополоцк принять участие в концертах, посвящённых Дню милиции. Я всегда с удовольствием принимаю подобные приглашения.
– По какому принципу Вы подбираете сценические костюмы?
– К подбору костюмов я отношусь достаточно осторожно. С одной стороны, нужно одеться празднично и со вкусом, а с другой – не вычурно или вызывающе. Я – за золотую середину.
– Бывали случаи, когда Вы на сцене забывали слова песни?  
– Бывало всякое. Но, как говорит Лариса Михайловна, настоящий артист должен найти выход из любой ситуации, да так, чтобы зритель даже не заметил «прокола».
Но всё же я предпочитаю до автоматизма отработать исполнение  песни, чтобы, выходя на сцену, не думать о словах, а жить ими и мелодией. Поэтому, когда забываю текст, очень потом переживаю.
– Что для Вас песня?
– Хорошая песня – это такой драйв, такая энергетическая подпитка! То, что я чувствую, когда выхожу на сцену, передать словами достаточно сложно. С возрастом мне хочется петь всё больше и больше. Я хочу дарить радость людям, видеть их улыбающиеся или задумчивые лица, слушать аплодисменты. И иначе жить я уже не могу.
Даже наедине с собой мне  хочется петь. Чаще всего я разучиваю новую песню под утро. Сам просыпаюсь в три или четыре часа утра и пою. На мой взгляд, именно в это время  голос и чувства наиболее восприимчивы. В моём репертуаре уже достаточно много песен, и все я очень люблю.
А ещё понимаю, что ниже опускать исполнительскую планку не имею права. Я должен идти вперёд и оправдывать надежды своих зрителей.    
– Спасибо Вам, Станислав Фёдорович,  за интересную беседу. Желаю Вам новых творческих находок и побольше хороших песен. И с наступающим Днём рождения!